April 15th, 2021

про котика)

Вчера, когда мы гуляли, наслаждаясь солнечными лучами, в одном из домов на первом этаже увидели очень забавного кота) Я сначала даже подумала, что он игрушечный: такая темно-коричневая мохнатая толстенькая подушка. Но нет: кот захлопал круглыми глазами и посмотрел на нас сурово. Он был больше похож на сову, чем на кота, по правде говоря. Я конечно же, как любой нормальный человек, бросилась его фотографировать, чтобы вам показать)
Но окно было таким пыльным и так сильно отражало все вокруг, что сфотографировать кота-сову не предоставлялось возможным. Так котик и остался незафиксированным для истории и соцсетей )))

Повесть о том, как Маша сходила сдать кровь

Я уже рассказывала, что эндокринолог прописал мне сдать кровь на антитела ковидные. Но сложность в том, что они должны быть количественные, а везде берут качественные. Количественные можно сдать в лаборатории Хеликс, будь она неладна.
Сегодня утром я наконец собралась в эту самую лабораторию, а находится она в жилом доме по адресу Ленинский проспект, 123. Поехала я, голодная, естественно. А когда я голодная, я обычно нахожусь в одном из трёх состояний: либо я очень злая, либо у меня болит голова, либо меня качает и кружится голова (либо все три варианта одновременно). Ну и конечно же, я туплю ещё больше , чем обычно.
Именно ступив я проехала Мираторг, куда мне муж рекомендовал припарковаться и заехала на паркинг Азбуки вкуса. Ну что ж. Не буду же я крутиться по району. Надо расплачиваться за свой тупняк. Вышла и пошла покачиваясь вдоль огромных бетонных махин. Такой всегда козявочкой ощущаешь себя рядом с этими многоэтажными монстрами. Иду медленно, соображаю плохо. Хорошо хоть погода отличная, можно представить, что я просто вышла погулять. Добрела наконец до нужного подъезда с вывеской «Микрохирургия глаза». Зашла, там куча стеклянных дверей, я смотрю на них в удивлении, ладно хоть вышел паренёк в белом халате и сообщил, что лаборатории Хеликс тут уже полгода как нет 🤨😠😳😤 Скупой платит дважды, а ленивый ездит по району голодным и пытается попасть в лабораторию и сдать кровь!. Так подумала я, пытаясь быть философом , а не злиться на себя за то, что не позвонила, и на долбанный Хеликс, который не может убрать со своего сайта адрес лаборатории, которой уже не существует 😡
Ладно. Раз уж я собралась. Села в машину, поехала на Опарина, где ближайшая лаборатория располагается (так мне сказал паренёк). На Островитянова, конечно же, была пробка: ну как по-другому! По обочинам мусор, рытвины- такое ощущение, что кто-то разбомбил наш прекрасный город. Вся улица Опарина заставлена автомобилями так плотно, будто они собрались на весёлую тусовку, которую никак нельзя пропустить. Я просто не смогла найти места в этих рядах.
Плюнула и поехала домой.

дух лицемерия составлял атмосферу Третьего рейхс

«Эйхман получил телеграмму от Рудольфа Хёсса, коменданта Освенцима: туда доставлен Шторфер, который настоятельно просит о встрече с ним, Эйхманом.
«Я сказал себе: хорошо, этот человек всегда вел себя прилично, так что… Я отправлюсь туда сам и посмотрю, в чем дело. И я пошел к Эбнеру [шефу гестапо Вены], и Эбнер сказал — не уверен, что именно этими словами, но смысл остается: “Если б только он не был таким глупым, а то ведь он спрятался и попытался бежать”. Полиция его арестовала и отправила в концлагерь, а согласно приказам рейхсфюрера [Гиммлера] обратного пути оттуда не было. Так что никто — ни доктор Эбнер, ни я, ни кто-либо иной — ничего уже поделать не могли. Я отправился в Освенцим и попросил Хёсса о встрече со Шторфером. “Да, да, [сказал Хёсс], он в одной из рабочих бригад”. Потом мы встретились со Шторфером. Это была нормальная, человеческая встреча, все было нормально, по-человечески. Он поведал мне о своих бедах, я сказал: “Что ж, мой дорогой старый друг [Ja, mein «lieber guter Storfer], я понимаю! Какая несчастливая судьба!” И я также сказал: “Послушайте, я действительно ничем не могу вам помочь, потому что согласно приказу рейхсфюрера отсюда не выпускают. Я не могу вытащить вас отсюда. И доктор Эбнер не может. Мне говорили, вы совершили ошибку — спрятались, попытались бежать, а уж вам-то совершенно не было нужды это делать”. [Эйхман хотел сказать, что Шторфер как еврейский функционер имел иммунитет от депортации.] Я уже забыл, что он на это ответил. Я потом спросил его, как он себя чувствует. И он сказал: а можно ли ему получить освобождение от работы, потому что ему досталась очень уж тяжелая работа. Я спросил у Хёсса: “Можно ли освободить Шторфера от работы?” Но Хёсс сказал: “Здесь все работают”. И я сказал: “Хорошо, — сказал я, — но нельзя ли сделать так, чтобы Шторфер получил новую работу — пусть он подметает дорожки”. Там было мало мощеных дорожек, и к тому же он имел право время от времени сидеть со своей метлой на скамейке. [А Шторферу] я сказал: “Такая работа подойдет, господин Шторфер? Вас такая работа устроит?” Он был очень «доволен, мы пожали друг другу руки, так он получил метлу и право сидеть на скамейке. А я испытал большую радость, повидав человека, с которым мне довелось работать бок о бок несколько лет, и побеседовав с ним».
Через полтора месяца после этой нормальной, человеческой встречи Шторфера убили — правда, не газом. Его застрелили.
Имеем ли мы здесь классический случай лицемерия, или это проявление самообмана, замешанного на чудовищной глупости? Или это столь же примитивный пример нераскаявшегося преступника, который не в состоянии взглянуть в лицо реальности, поскольку его преступление — это и есть часть реальности?
= В своих дневниках Достоевский писал о том, что в Сибири, среди огромного множества убийц, насильников и грабителей, он никогда не встречал ни одного, позволившего признаться самому себе в том, что он совершил зло. =
«И все же случай с Эйхманом отличается от истории обычного преступника, который может укрыться от действительности внутри узкого круга подельников. Эйхману необходимо было постоянно вспоминать о прошлом не для того, чтобы проверять, достаточно ли он честен с окружающими и с самим собой, а потому что он сам и мир, в котором он жил, находились в полной гармонии. Немецкое общество, состоявшее из восьмидесяти миллионов человек, так же было защищено от реальности и фактов теми же самыми средствами, тем же самообманом, ложью и глупостью, которые стали сутью его, Эйхмана, менталитета. Эта ложь с годами видоизменялась, очень часто противоречила самой себе, более того, она была разной: одной для различных ветвей партийной иерархии и другой — для всего остального народа. Но практика самообмана была до такой степени всеобъемлющей, почти превратившейся в моральную предпосылку выживания, что даже теперь, через восемнадцать лет после падения нацистского режима, когда большинство «специфических деталей его лжи уже забыты, порою трудно не думать, что лицемерие стало составной частью немецкого национального характера.
Во время войны самой убедительной ложью, которую проглотил весь немецкий народ, был лозунг: «Битва за судьбу немецкой нации»[20]. Этот лозунг сочинил то ли Гитлер, то ли Геббельс, и были в нем три облегчавшие самообман составляющие: он предполагал, во-первых, что война — это вовсе не война, во-вторых, что развязали ее судьба, рок, а не сама Германия, и, в-третьих, это вопрос жизни или смерти для немцев, которые должны полностью уничтожить своих врагов, а то враги полностью уничтожат их самих.
Поразительная готовность, с которой Эйхман сначала в Аргентине, а потом и в Иерусалиме признавался в своих преступлениях, была рождена не столько свойственной всем преступникам склонностью к самообману, сколько духом лицемерия, который не просто пропитывал, но составлял всю атмосферу Третьего рейха»

(no subject)

В августе
1836 года Дарвин писал в "Путешествии натуралиста вокруг света": "Нередко пытались ослабить ужас рабства, сравнивая положение рабов с положением наших неимущих классов; если нищета наших бедняков является следствием не естественных законов, а нашего государственного строя, то великий грех и на нас... Люди, сочувственно взирающие на рабовладельца и холодно относящиеся к рабу, по-видимому,никогда не пробовали вообразить себя в положении последнего: какая безотрадная жизнь, без всякой надежды на перемену! Вообразите только, что вам вечно угрожает опасность, что вашу жену и ваших маленьких детей... отнимут у вас и продадут, как скотов, первому встречному! И такие дела делаются и защищаются людьми, которые исповедуют, что надо любить ближнего, как самого себя, веруют в бога и молятся: да будет воля его исполнена на земле! Кровь кипит в жилах, и сердце сжимается, когда подумаю, что мы, англичане, и потомки наши, американцы, с их вечными хвастливыми возгласами о свободе, причинили и продолжаем причинять столько зла«.

Живой Журнал празднует день рождения!

Домен LiveJournal.com был зарегистрирован 15 апреля 1999 года. В том же году вышел в прокат культовый фильм «Матрица», в городе Сараево родился 6-ти миллиардный житель Земли, а Франция стала самой посещаемой страной. Её посетили 73 млн. туристов!

15 апреля 2021-го Живому Журналу исполняется 22 года! Живой Журнал празднует день рождения и дарит вам карточку с ярким событием, которое случилось в год, когда вы завели свой блог!

Получить свою карточку можно здесь!

Делитесь яркими событиями, которые произошли в том году, в котором вы завели блог в ЖЖ!

Кукушка Цоя может спасти жизнь!

❤️ Непрямой массаж сердца — серия сильных, глубоких (грудина должна прогибаться на одну треть вглубь) ритмичных нажатий на грудную клетку, призванная восстановить кровообращение при остановке сердца: сердце сдавливается грудиной и позвоночником и выталкивает крови в сосуды.
❤️ При проведении непрямого массажа сердца важно поддерживать определенный ритм: 100-120 нажатий в минуту (оптимально — 103 нажатия в минуту).

❤️ Как держать этот ритм? Очень просто: напевая определенные мелодии и нажимая на грудину в такт им.

Существует список песен для непрямого массажа сердца — это песни, темп которых соответствует необходимому темпу массажа сердца.

👉🏻 Итак, спасая кому-либо жизнь, поём, в зависимости от своих музыкальных предпочтений:

🎵«Зеленоглазое такси» – Михаил Боярский

🎵 «Исчезли солнечные дни» — Валерий Леонтьев

🎵 «Yellow Submarine» — The Beatles

🎵 «All You Need Is Love» — The Beatles

🎵 «Кукушка» – Виктор Цой

🎵 «Macarena» — Los del Río

🎵 «Stayin' Alive» — Bee Gees

ещё цитата

«Память его по части разного рода событий была крайне ненадежной: однажды судья Ландау, выйдя из себя (обычно он такого себе не позволял), воскликнул: «Так что вы можете вспомнить?!» (если уж вы не помните дискуссию на так называемой Ванзейской конференции, на которой обсуждались различные методики убийств), — как и следовало ожидать, Эйхман ответил, что хорошо помнит поворотные пункты своей карьеры, которые не обязательно совпадали с поворотными пунктами в процессе уничтожения евреев или с поворотными пунктами самой истории. (Он всегда с трудом припоминал дату начала войны или нападения на Россию.) Но при этом следует отметить, что он не забыл ни одной из сентенций, которые в разное время дарили ему «радостный подъем». Поэтому когда во время перекрестных допросов судьи пытались достучаться до его совести, они каждый раз натыкались на этот самый «подъем», и неудивительно, что они сначала растерялись, «затем разозлились, когда поняли, что в распоряжении обвиняемого имеется разнообразнейший набор клише на каждый момент его жизни и на каждый вид деятельности. Для него, для его сознания никаких противоречий между фразой «Я сойду в могилу, смеясь», которую он твердил в конце войны, и фразой, которую он твердил теперь — «Я готов повеситься публично в назидание всем живущим на земле антисемитам», — не было: обе он произносил с одинаковым «подъемом».
Эта его манера создавала во время процесса немалые трудности — не самому Эйхману, а тем, кто должен был его обвинять, защищать, судить, вести репортажи из зала суда. Для этого надо было принимать его всерьез, что было непросто — поэтому некоторые пошли по самому легкому пути разрешения противоречия между невыразимым ужасом деяний и несомненной серостью того, кто их совершил: они объявили его умным расчетливым лжецом — а он им не был. Его убежденность в собственной правдивости граничила с нескромностью: «Одним из немногих даров, которыми наделила меня судьба, была способность говорить правду о самом себе».
Он настаивал на этом своем даре, когда обвинитель пытался приписать ему преступления, которые он не совершал. В набросках, которые он делал в Аргентине, готовясь к интервью с Сассеном — а ведь тогда он еще обладал, как он сам указывал, «полной физической и психологической свободой», — он начертал фантастический наказ будущим историкам «сохранять объективность, чтобы не сойти с проложенной этими записями дороги правды»: этот наказ фантастичен, поскольку каждая нацарапанная им строчка демонстрирует полнейшее невежество относительно всего того, что напрямую, технически и бюрократически, не касалось его непосредственной работы, и вдобавок к этому — поразительно плохую память.
Вопреки стараниям обвинителя всем было видно, что этот человек — отнюдь не монстр, но трудно было не заподозрить в нем клоуна.»

«Что можно поделать с человеком, который сначала, и с большим пафосом, объявляет, что единственный урок, который он усвоил из своей никчемной жизни, — никогда ни в чем не клясться и никаких присяг не приносить.
«Сегодня ни один человек, ни один судья не сможет убедить меня поклясться или дать показание под присягой. Я отказываюсь от этого, я отказываюсь по соображениям морали. Весь мой жизненный опыт говорит о том, что если человек верен присяге, непременно наступит день, когда ему придется за это расплачиваться, и я пришел к выводу, что ни один судья в мире и ни один из тех, кто обладает властью, не смогут заставить меня поклясться или принести присягу, или дать заверенные присягой показания. Добровольно я на это не пойду, и никто не сможет меня к этому принудить». «Затем, когда ему ясно и четко пояснили, что он может давать показания в свою защиту «как под присягой, так и без оной», без всяких колебаний заявил, что предпочел бы присягу принести. И что можно сказать о человеке, который неоднократно и демонстрируя полнейшую искренность заверял суд, как до того заверял полицейского следователя, что для него самое ужасное — попытаться избежать ответственности, сражаться за жизнь, молить о пощаде, а затем, следуя совету адвоката, собственноручно подал прошение о помиловании?
Что ж, настроение у Эйхмана вполне могло меняться, но как только ему удавалось отыскать в памяти соответствующий «вдохновляющий» лозунг, он сразу же успокаивался, ни разу не задумавшись о том, что лозунг одного момента может полностью противоречить лозунгу момента следующего. И, как мы увидим, этот чудовищный дар — находить успокоение в затертых клише — не оставит его и в смертный час.»

Отрывок из книги
Эйхман в Иерусалиме. Банальность зла
Ханна Арендт

влюбленный в девушку дельфин

Вот это историю я прочитала! Подумала сначала, что это шутка, но нет: нашла статью в "Гардиан". Вроде правда.

Спорный эксперимент 1960-х годов прошлого столетия, организованный нейробиологом Джоном Лилли при частичном финансировании со стороны НАСА, целью которого было научить дельфинов английскому языку. Молодая учительница Маргарет Хау Ловатт несколько месяцев жила в наполовину затопленном доме с подростком-дельфином Питером. Эксперимент получил огласку, но конечно, не потому, что Питер заговорил по-английски, а потому, что . Она, как настоящая русалка из древних мифов, погубила Питера: сначала позволила ему влюбиться в себя, разрешила близкий тактильный и сексуальный (!) контакт. Все считали, что это поможет ему в освоении английского языка… Еще Лилли исследовал воздействие ЛСД на дельфинов (и на Маргарет).
К 1966 году интерес Лилли к говорящему дельфину угас (ЛСД был поинтереснее видимо).
Спустя некоторое время, не добившись успехов на этом поприще, эксперимент свернули, русалку Маргарет отстранили, а бедный дельфин попал в другую лабораторию без его любимой девушки. В итоге он совершил самоубийство: перестал всплывать на поверхность для того, чтобы набрать воздух, и утонул.
Andy Williamson puts Peter’s death down to a broken heart, brought on by a separation from Lovatt that he didn’t understand. “Margaret could rationalise it, but when she left, could Peter? Here’s the love of his life gone.”




вот статья
https://www.theguardian.com/environment/2014/jun/08/the-dolphin-who-loved-me

Штисель все(

Вчера досмотрела последний сезон Штиселя. Заметно, что к 3 сезону сценаристы изучили сценарное мастерство в Голливуде или в другом подобном месте, узнали, что такое арка и тд) шУчу. Но правда 3 сезон отличается от двух предыдущих и похож на западные сериалы. Особенно история Акивы и Ракели, история Липы и Гити, а также Ханины с Рухами.

Но все равно мне сезон понравился, а на последней серии я ожидаемо разрыдалась, особенно на трогательной сцене покаяния Липы.