July 19th, 2019

Человек-паук

сходили сегодня с Ильёй: даже мне понравился! хотя я вообще не люблю все эти комиксы и супергероев, хожу только для сына.
Но новый Человек-паук- очень классно сделан, снят, придуман. Неплохо с сюжетом и даже с диалогами!
При всех круто сделанных спецэффектах нашлось место и для неловкости первого поцелуя, и для целомудренного таинства первого прикосновения рук... И для волка в овечьей шкуре. И для жуткой реальности кошмарного сна - иллюзорного мира, созданного с помощью проекторов.
В общем, и за сюжет (в некоторых местах)) ставлю пятёрку.)
А Илюха смотрел не отрываясь и все время со мной громко делился эмоциями и комментариями, мешая мне смотреть))

(no subject)

а сейчас так поздно не сплю, потому что досматривала пару серий четвёртого сезона Чёрного зеркала (надо ещё 5-й скачать, кстати).
Крокодил и про Чёрный музей. Абсолютно христианские кстати рассуждения и идеи. В Крокодиле: стоит один раз убить, одно преступление потянет за собой другое. Если человек в нем не раскается, а попытается жить как ни в чем не бывало.. Тайное всегда становится явным. На воре и шапка горит. А уж на убийце тем более.
А про Чёрный музей.. Последняя история- это же продажа души дьяволу. И то, что преступник не верит в существование души, ещё более загоняет его в ловушку вечных страданий. Современный ад устраивают человеку другие люди (хотя сдаётся мне, что и изначальный ад устраивают грешники друг другу, а никакие не черти жарят их на сковородках).

(no subject)

как интересно! оказывается, американский жестовый язык очень сильно отличается от английского устного просто потому, что был создан на базе французского жестового языка. Оказывается, первый человек, который решил заняться в США обучением глухих - преподобный Томас Галлоде- поехал сначала в Англию, в одну из брэйдвудских школ, но там ему дали от ворот поворот: сказали, что метод «устного» обучения составляет секрет школы. Тогда Галлоде отправился в Париж и нашёл там глухотой преподавателя национального института глухонемых Лорана Клерка. Тот согласился обучать американских глухих и они вдвоём отправились в далёкую Америку, за 52 дня путешествия Клерк научил Галлоде языку жестов - французскому, естественно. И хотя за все эти годы разница между французским ЖЯ и креольским американским ЖЯ увеличивалась, до сих пор американские глухие прекрасно понимают французских, а вот с британцами возникают существенные проблемы в коммуникации.
(по книге Оливера Сакса «Зримые голоса»)

(no subject)

Илюха сегодня ушел с другом: сначала в компьютерный клуб, потом в Сокольники гулять.
Думала сегодня, что раньше это бы мне показалось недостижимой мечтой. Для него прежде не было необходимостью с кем-то дружить, он не видел надобности в общении и коммуникации. Может, еще и поэтому он с таким трудом осваивал речь: в том числе: кстати, и жестовую.
И только вот буквально в этом году, скорее в конце прошлого, он понял, для чего нужна речь, он начал осваивать коммуникацию, начал писать в воцапе, причем начинал только с эмодзи и смешных картинок. А сейчас уже пишет словами - пусть с ошибками и самыми простыми предложениями, но пишет же! Выражает свои мысли, эмоции, чувства. Раньше о таком и мечтать я не смела! Он был больше похож на бессловесного зверька, который несся туда, куда ему нужно, иногда орал, когда ему не давали того, чего он требовал... Ох и тяжело было с ним в малышовском возрасте - как вспомню, так вздрогну.
Теперь проблемы другие. Как заставить слушать: носить аппараты. Пока так и не придумала.
Как приучить к чтению, изучению новых слов, пополнению скудного словарного запаса. Пока только обещанием покупки, к сожалению, получается (

закончу цитировать Конникову

"IQ не может быть единственным способом измерения интеллекта, само понятие интеллекта включает в себя не только очевидные и измеримые компоненты.
Согласно Дуэк, есть две основные концепции интеллекта: концепция наращивания и концепция неизменности. Если вы сторонник первой, то наделяете интеллект свойством «текучести». Упорнее работая, больше изучая, находя себе лучшее применение, мы становимся умнее. Другими словами, эта теория отвергает представления о том, что есть вещи, которые человек просто не в состоянии понять.
В ходе своих исследований Дуэк неоднократно сталкивалась с примечательной особенностью: результаты человека, особенно его реакция на неудачи, главным образом зависят от того, какого из этих подходов он придерживается. Сторонник концепции наращивания интеллекта воспринимает фиаско как возможность для самообучения, а сторонник концепции неизменности – как свой досадный личный изъян, который никак не устранить. В итоге если первый выносит из эксперимента некий опыт, применимый в дальнейших ситуациях, то второй с большей вероятностью полностью списывает его со счетов. Так, по сути дела, наши представления о мире и о себе могут изменить то, как мы учимся и что знаем.
В недавнем исследовании группа психологов решила выяснить, объясняется ли такая разница в реакции простыми поведенческими особенностями или же уходит корнями глубже, на уровень мозговой деятельности. Ученые измеряли ассоциирующийся с реакцией вызванный потенциал (ВП) – электрические нейронные сигналы, возникающие в результате внутренних или внешних событий в мозге студентов колледжа, принимающих участие в простом эксперименте. Студенту показывали ряд из пяти букв и просили быстро назвать среднюю. Буквы могли быть одинаковыми, к примеру МММММ, или разными, например ММNММ.
Точность результатов была в целом высока, примерно 91 %, однако специфические параметры задания выбрали так, чтобы каждый участник сделал ряд ошибок. Но главное заключалось в том, как участники и, в сущности, их мозг реагировали на ошибки. Те, кто придерживался концепции наращивания (то есть верил, что интеллект текуч), после первых пробных действий демонстрировали лучшие результаты, чем сторонники концепции неизменнности (то есть те, кто считал интеллект постоянной величиной). Более того, установка на наращивание увеличивала положительные колебания ВП при действиях методом проб и ошибок в отличие от метода исправлений. И чем выше становилась амплитуда положительных колебаний ВП в случае ошибки при действиях методом проб и ошибок, тем точнее оказывались действия после ошибок.
Судя по данным, установка на рост и развитие, то есть убежденность в том, что интеллект можно повысить, способствует более адаптивной реакции на ошибки – не только на поведенческом, но и на нейронном уровне. Чем больше сам человек верит в возможность совершенствования, тем выше амплитуда сигналов мозга, отражающая осознанное внимание, уделяемое ошибкам. А чем сильнее нейронный сигнал, тем лучше последующие результаты. Такое опосредованное воздействие указывает на то, что сторонники концепции наращивания интеллекта действительно обладают лучшими системами наблюдения за собой и самоконтроля на самом базовом, нейронном уровне: их мозг тщательнее наблюдает за собственными, самостоятельно допущенными ошибками и соответствующим образом корректирует поведение человека. То есть речь идет об усиленном внимании к собственным ошибкам в реальном времени, выявлению ошибок по мере их совершения и немедленному исправлению.
Наш мозг безгранично восприимчив к установке своего обладателя. И не только при обучении. Даже такое абстрактное убеждение, как вера в свободу воли, может изменить реакцию нашего мозга (если мы не верим в эту свободу, наш мозг действует более вяло). И общие теории, и специфические механизмы дают нам уникальную возможность влиять на работу нашего разума, на наше поведение, на поступки и на взаимодействие всего вышеназванного. Если мы считаем себя способными к учебе, она удается нам. А если мы думаем, что обречены на провал, то именно на такой результат и обрекаем себя, и не только на поведенческом, но и на самом фундаментальном, нейронном уровне.
Но склад ума не предопределен, интеллект не заложен с рождения и не является неизменным. Мы можем учиться, можем совершенствоваться, менять привычные нам взгляды на мир.
В значительной мере мы есть то, во что мы верим.
Когда Ватсон объявляет, что сдается, он видит «мир неизменности» – «черное» или «белое», «знаю» или «не знаю», – а если доктор сталкивается с тем, что кажется ему слишком трудным, то даже не пытается решить задачу, чтобы не опозориться. Холмса окружает «мир наращивания»: пока не попытаешься, не узнаешь. Каждое испытание – возможность научиться чему-нибудь новому, раздвинуть умственные горизонты, улучшить свои способности, дополнить свой «чердак» новыми инструментами для будущего использования. Если «чердак» Ватсона статичен, то холмсовский динамичен.
Наш мозг никогда не перестает создавать новые связи и отсекать те, которые не используются. Такие связи будут непрерывно крепнуть в тех областях, в которых мы укрепляем их, – подобно мышцам, о которых мы упоминали на первых страницах книги, нейронные связи крепнут по мере использования и атрофируются от бездействия. Благодаря тренировке мы можем добиться таких рекордов, о которых прежде и подумать не смели.
Да, существуют и холмсы, наделенные даром ясного мышления с ранних лет, – им незачем резко меняться и начинать развиваться в новом направлении после многолетнего следования вредным привычкам. Но не стоит забывать, что даже Шерлоку Холмсу приходилось тренироваться, даже он не был «холмсом с рождения». Ничто не дается даром, само по себе. Ради достижений надо трудиться. Но при правильном распределении внимания все получится. Человеческий мозг – удивительная штука.
Оказывается, уроки Холмса можно применять практически в любой области. Главное – какое отношение, какие установки, привычки мышления и отношение к миру мы культивируем в себе. А чем конкретно мы при этом занимаемся, не так уж важно.

что обезьяны думают о смерти

а еще я прочитала ужасно интересную книгу Бориса Жукова (это современный Игорь Акимушкин - так бы я его назвала, пишет точно не хуже). Называется "Введение в поведение: история наук о том, что движет животными и как их правильно понимать". И задумалась: почему я не пошла в зоопсихологи? Вот это же меня всегда очень интересовало как раз. Работала бы где-нибудь в Севастополе, изучала бы поведение дельфинов и белух...
Ну ладно, не будем о грустном.
Цитата про то, как обезьяны осваивали человеческий язык, достигли в этом вполне определенных успехов. К примеру молодой бонобо Канзи в Йерксовском национальном приматологическом центре в пассивном словаре имеет около тысячи слов, а в активном 600! (ровно столько же, сколько в примитивном пиджин-инглише, кстати).
и вот что я хотела процитировать: "Горилла Коко заявляет своей воспитательнице Фрэнсин Паттерсон, что она, Коко, хорошая птичка и умеет летать. А когда Фрэнсин предложила ей показать, как она летает, Коко ответила: "Птичка понарошку, дурачусь!" - и радостно рассмеялась. В другой раз Коко, большая любительница животных, грустно сказала об умершем котенке, что "он ушел туда, откуда не возвращаются".
Аж мурашки по коже от таких глубоких высказываний обезьяны... Значит они мыслят по-настоящему, задумываются о смерти.