May 19th, 2014

Станок для Ильи

Ходили вчера на благотворительный праздник Белый цветок в Марфо-Мариинской обители, оказывается, он существует аж с 1914 года. Люблю я это место-- оно такое небольшое, уютное, там прям чувствуется присутствие Матушки-- моей любимой Елизаветы Федоровны.

На празднике было хорошо, только слишком многолюдно.

Илья нашел там мастер-класс по изготовлению деревянного оружия и прилип к фрезерному станку.

В общем, поняла, что мой младший интересуется всякими мужскими работами, типа токарной.

Семкины занятия

еще все думаю, как Семена подтянуть за лето. Вчера были в гостях, мальчику 16 лет. Его мама посоветовала мне найти репетитора - носителя языка, говорит, что так очень хорошо язык постигается. Правда, дешевле 2500 за 1,5 часа не найдешь такого, но она говорит, что 1 раза в неделю достаточно.
А я хочу попробовать послать его в разговорный клуб подростковый, таких несколько, все в центре, отвезу его пару раз, вдруг ему понравится и подойдет. Кто знает.
А вот с математикой ... он хочет в физический кружок - ему нравится физика (ну как хочет, не то, чтобы мечтает, просто когда мама говорит, что надо заниматься, он выбирает физику )))
Но опять-таки - это надо его тащить, тянуть туда, сам он только готов ездить фотографировать куда-нибудь, ему самому лично только это интересно. А все занятия -- это мамина епархия (((
А по математике видимо придется нанимать репетитора все-таки.

Зеркала про Цветаеву

Посмотрели сегодня с Катенькой фильм "Зеркала" про Марину Цветаеву. Жалко их всех, поломанных, перемолотых безжалостным временем. Жалко саму Цветаеву: сколько ей всего пришлось пережить, перенести. Жалко ее мужа, не выдержавшего, сломившегося... Жаль ее детей: за что сидела Аля в лагерях? Полжизни провела в тюрьме, не было ни семьи, ни любви: всю молодость была в заключении... Жаль Мура: как непросто было с такой матерью, как Марина.
Но я вот прочитала про женщину, которая сохранила архив Цветаевой, благодаря ей мы вообще знаем ее стихи, а то могли бы сжечь, как ненужный хлам, все эти бумажки. Это сестра Сергея, Елизавета Яковлевна, Лиля, как ее звали в семье.
"Во время наших нескольких встреч Елизавета Яковлевна рассказывала нам о театре Вахтангова, о театре Таирова, о театре Завадского, в которых она играла. Рассказывала она нам и о своих съемках в фильме «Ленин в октябре», в котором сыграла роль эссерки Фанни Каплан, стрелявшую в Ленина. М.Ромм на роль Фанни Каплан искал актрису с ярко выраженными чертами еврейской национальности. Родные и друзья отговаривали Е.Эфрон от этой роли : «Будут узнавать на улице, будут бить». Действительно, били на съемках, после съемок домой провожали с охраной. После такой роли путь в кино ей был закрыт.
Нам в то время участие Е. Эфрон в картине о Ленине казалось чудом! Но ЧУДО оказывается было в другом. Эта «эссерка Фанни Каплан» хранила в кушетке, на которой спала в маленькой комнатке коммунальной московской квартиры, архив Марины Цветаевой. Долгие годы Елизавета Яковлевна никому об этом не говорила."
И вот еще: "Елизавета Яковлевна заменила Сергею не только мать, она заменила Марининым детям бабушку. В голодные годы революции, гражданской войны Елизавета Яковлевна забирала к себе детей Марины – Алю и Ирину и месяцами заботилась о них. Она хотела удочерить Ирину, оставить ее у себя. Роковая ошибка Марины стоила жизни 3 – летней Ирине.
Елизавета Яковлевна, единственная из семьи Эфронов, не боялась писать письма Сергею за границу, высылала ему во Францию советские газеты, книги. Елизавета Яковлевна приняла у себя и прописала Ариадну Эфрон, приехавшую из Франции. Она приютила в своей крохотной комнатке бежавших из Болшева Марину и Георгия, после ареста Ариадны и Сергея. Она приютила у себя и прописала Георгия, вернувшегося из Ташкента уже после смерти матери, Марины Цветаевой. Георгий передал архив матери в самое надежное место - Елизавете Яковлевне Эфрон. Знал, что сохранит.
Елизавета Яковлевна из своей мизерной пенсии посылала деньги Ариадне, Анастасии Ивановне Цветаевой в Сибирь, Георгию в Ташкент. Она делилась с ними последним, и это в течение 15 лет. Как она боролась, чтобы спасти семью Цветаевой - Эфронов! Но время было сильней. Оно унесло всех, не оставив никому из них даже потомства.
Не было семьи и детей и у самой Елизаветы Яковлевны. А сколько поклонников было у этой царственной женщины! В воспоминаниях М. Волошина можно прочесть, как в Париже в Лилю влюбился один француз. Он приехал в Россию, в Коктебель разыскивать ее.
Но Волошин и сам был влюблен в Лилю. За огромным столом «обормотников» в Коктебеле Лиле всегда было отведено место рядом с Максом, ей он посвящал стихи.
ЛИЛЕ
ПОЛЕТ ЕЕ СОБАЧЬИХ ГЛАЗ
ОГРОМНЫХ, ГРУСТНЫХ И ПРЕКРАСНЫХ,
И СИЛА ТОКОВ НЕСОГЛАСНЫХ
ДВУХ БЛИЗКИХ И ВРАЖДЕБНЫХ РАС.
И ЗВОНКИЙ СМЕХ НЕУДЕРЖИМО,
ВСКИПАЮЩИЙ, КАК СНОП ОГНЕЙ,
НЕВОЛИТ ВСЕХ СПЕШАЩИХ МИМО
ШАГИ ЗАМЕДЛИТЬ ПЕРЕД НЕЙ,
ВЕЛИЧИЕ И ОБОРМОТСТВО,
И МСТИТЕЛЬНОСТЬ И ДОБРОТА,,,
НО НЕСКАЗАННА КРАСОТА
И НЕТ В МОЕМ ПОРТРЕТЕ СХОДСТВА.
М.ВОЛОШИН 29 января 1913
Благоговейно посматривал на «испанку Кончиту», так любовно называли Лилю в Коктебеле друзья, и Осип Мандельштам : «Не жениться ли мне на Лиле?» /из письма М.Цветаевой 12 июня 1916г./ "
Исакова, конечно, потрясающая. Какие у нее глаза.